Содержание

Главная >> История России 1900—1945 гг. 11 класс. Данилов

Глава 2. Россия в вихре революции и Гражданской войны 1917—1920 гг.

§ 8. Революция перед выбором: демократия или диктатура (июль — октябрь 1917 г.) (продолжение)

Разгром корниловского выступления. Рост влияния большевиков

В июле—августе 1917 г. произошли качественные изменения и в революционной части политического поля России. Первоначально большинство лидеров большевиков восприняли разгром июльской демонстрации как поражение революции. Именно такие настроения предшествовали VI съезду РСДРП(б), собравшемуся в конце июля. Ленин, хотя и отсутствовал на съезде, сумел донести до его делегатов свое видение ситуации. Он оценивал ее не как конец революции, а как окончание ее мирного этапа. Политика Керенского по всем коренным вопросам — мира, земли, хозяйства, национальностей — продолжала, по его мнению, но только в ухудшенном варианте политику кадетов. А это неизбежно должно было привести к росту революционной активности масс и полному банкротству Керенского.

Действительно, к августу в РСДРП(б) состояло уже более 200 тыс. членов, на большевистские позиции переходили многие профсоюзы, заметно «полевели» низовые организации меньшевистской партии, а в партии эсеров произошел идейный раскол. Левые эсеры практически по всем политическим вопросам поддерживали большевиков. Сочувствие и даже действенная помощь большевикам стала оказываться и с совершенно неожиданных сторон. Так, например, свои услуги Военной организации РСДРП(б) предложил помощник начальника Генерального штаба генерал Н.М. Потапов. Командующий Северным фронтом генерал В.А. Черемисов из фронтовой казны финансировал большевистскую газету «Наш путь». Эта тенденция проявлялась и со стороны отдельных промышленников и банкиров: в партийную кассу внесли крупные денежные пожертвования петербургский заводчик Г.А. Лесснер, директор крупнейшей табачной фабрики М.С. Ага, а миллионер Н.В. Мешков не только дал 200 тыс. рублей, но и принял личное участие в работе большевистской партии. Подобные факты свидетельствовали, что курс на прекращение войны, радикальные реформы в духе государственного капитализма признавался необходимым не только по классовым соображениям. Только такой курс при наличии сильной централизованной власти мог спасти страну.

На основании растущей общественной поддержки В.И. Ленин делал вывод о созревшей необходимости перехода к социалистическому этапу революции и начале ее немедленной подготовки. Причем до тех пор, пока в Советах не начнут доминировать большевики, он предлагал временно снять лозунг «Вся власть Советам!». Несмотря на довольно серьезные сомнения многих участников VI съезда, предложения Ленина были взяты за основу программы действий.

Последующие события нарастающего кризиса власти еще больше укрепили политическую волю большевиков. К тому же А.Ф. Керенский выпустил революционеров, арестованных в июле 1917 г., включая Л.Д. Троцкого, который летом 1917 г. присоединился со своими сторонниками к партии большевиков и сразу занял важные позиции в ее руководстве. К началу выступления генерала Л.Г. Корнилова большевики превратились в мощную силу.

Для противодействия «корниловщине» 28 августа на заседании ВЦИК был создан Комитет народной борьбы с контрреволюцией. В него были приглашены только что выпущенные из тюрьмы большевики во главе с Троцким. В короткий срок была воссоздана Красная гвардия. В Неву из Кронштадта вошел крейсер «Аврора» для охраны Зимнего дворца. По призыву большевиков железнодорожники создавали препятствия на пути движения корниловских эшелонов. Сотни агитаторов были направлены в части, следовавшие на Петроград. Под влиянием пропаганды солдаты и казаки отказывались подчиняться офицерам. К 30 августа наступление частей Корнилова было остановлено. Генерал Крымов застрелился, а 2 сентября Корнилов и другие участники выступления были арестованы.

Нарастание угрозы экономической и политической катастрофы

События конца августа 1917 г. сделали очевидным для всех вывод о банкротстве демократических иллюзий А.Ф. Керенского и других умеренных социалистов. Страна, находящаяся на пороге экономической катастрофы и распада, нуждалась в твердой власти. Однако если с точки зрения формы власти диктатуре уже не было альтернативы, то содержание и цели ее имели для населения первостепенное значение. Рабочие и солдаты не поддержали военную диктатуру Л.Г. Корнилова, поскольку она не сулила ничего, кроме жесткой власти, репрессий и продолжения войны. Напротив, предлагаемая В.И. Лениным форма диктатуры казалась многим единственным средством разрешения основных проблем народной жизни.

Еще в мае 1917 г. Исполкомом Петроградского совета была одобрена экономическая программа, в которой говорилось: «От анархического производства, от частных синдикатов настало время перейти к работе народнохозяйственного организма по заданию государства, под его контролем и даже прямым руководством. Частный предприниматель должен быть ограничен в сфере извлечения прибыли и самого направления своей хозяйственной деятельности». Для достижения этого предполагалось осуществить принудительное объединение под общим руководством предприятий, выпускающих однородную продукцию, а также использовать для мобилизации трудовых ресурсов всеобщую трудовую повинность. Эта программа получила поддержку со стороны министра торговли и промышленности Временного правительства В.А. Степанова, а также ряда крупных предпринимателей.

Однако большинство членов Временного правительства отвергло путь мобилизации как способ выхода из кризиса, считая, что частные интересы предпринимателей должны оставаться неприкосновенными. Между тем обстановка быстро ухудшалась. С марта по ноябрь 1917 г. закрылось более 800 предприятий, с которых было уволено 170 тыс. рабочих, валовая продукция промышленности за год сократилась на 36,5%. Предприниматели укрывали запасы угля, нефти, усиливая тем самым топливный кризис, разваливая работу транспорта. Реальная зарплата рабочих, несмотря на ее номинальный рост, в ноябре 1917 г. была в 2 раза ниже, чем в 1913 г. Цены с мая по сентябрь 1917 г. выросли почти вдвое. Неудивительно, что все это вызвало небывалый размах стачечного движения.

Картину надвигающейся катастрофы дополняло положение в деревне. К ноябрю 1917 г. 91% уездов были охвачены крестьянским движением, перерастающим в восстание. Число поджогов и погромов помещичьих имений выросло за лето в 6 раз. Временное правительство пыталось отвечать на действия крестьян карательными мерами, но солдаты все чаще не выполняли приказы о наказаниях сельских жителей.

Реальностью становился и территориальный распад страны. В сентябре 1917 г. вслед за Украиной и Финляндией начал отделяться Северный Кавказ, в ноябре — Закавказье, затем Молдавия, Литва и т. д. Независимость провозглашалась отдельными губерниями и даже уездами.

Таким образом, изложенная Лениным программа перевода экономики на государственно-регулируемый путь развития, т. е. путь государственного капитализма, прекращения войны и ликвидации всего частного землевладения вполне соответствовала объективно сложившимся условиям. Реализовать эту программу могла власть, полностью вырвавшаяся из-под влияния интересов буржуазии во внутренней и внешней политике и способная подавить ее сопротивление. Такую власть В.И. Ленин определил как диктатуру пролетариата.

Крах устремлений А.Ф. Керенского установить личную диктатуру

Тактика большевиков по овладению властью в течение сентября—октября 1917 г. менялась в зависимости от обстановки. В.И. Ленин первоначально высказывался за мирный и демократический переход власти к Советам. Основания для таких надежд были. Во-первых, в ходе выступления Корнилова Керенский показал свою полную беспомощность, и разгром мятежного генерала был обеспечен действиями широкого революционно-демократического фронта во главе с РСДРП(б). Во-вторых, прошедшие тогда выборы в исполнительные комитеты Советов Петрограда, Москвы и других главных промышленных центров привели к их большевизации, следовательно, вновь можно было вернуться к лозунгу «Вся власть Советам!». В-третьих, умеренные социалисты предложили на первый взгляд вполне приемлемый вариант легального решения вопроса о власти через созыв Демократического совещания, в котором будут представлены только социалистические партии и демократические организации. Все это открывало возможность сформировать правительство, ответственное перед Советами.

Для закрепления контроля большевиков над Советами надо было срочно провести II Всероссийский съезд Советов рабочих и солдатских депутатов. Его открытие было намечено на октябрь 1917 г. Однако уже к середине сентября стало ясно, что меньшевики и правые эсеры намерены с помощью Демократического совещания сохранить власть за А.Ф. Керенским. Еще раньше они призвали все демократические слои общества поддержать созданный Керенским из остатков второго коалиционного правительства фактически диктаторский орган — Директорию (она просуществовала с 1 по 25 сентября). 1 сентября Россия была объявлена республикой. Курс умеренных социалистов на союз с буржуазией привел Ленина к выводу о том, что большевикам необходимо действовать самостоятельно.

Однако ленинская позиция оказалась чрезмерно смелой для большинства остальных руководителей большевистской партии. Только в ходе работы Демократического совещания и действий Керенского, раскрывавших его диктаторские устремления, ЦК РСДРП(б) стал более восприимчивым к идеям Ленина о вооруженном восстании. Так, эсеры и меньшевики предложили создать временный (до решения Учредительного собрания) представительный орган — Предпарламент — для «содействия» формированию правительства. Это «содействие» выразилось в фактическом предоставлении Керенскому права самому составить кабинет министров. 25 сентября было сформировано третье коалиционное правительство из 6 кадетов и 10 социалистов. Таким образом, Предпарламент оказался лишь ширмой для прикрытия диктатуры Керенского, который с 17 сентября являлся еще и Верховным главнокомандующим. Однако у нового «диктатора» уже не было ни силы, ни авторитета для организации ожидаемой сильной власти.

Мощным доводом, раздавившим остатки авторитета Керенского, стали возникшие в начале октября признаки подготовки к сдаче Петрограда немцам. В печати появилось сообщение о планах эвакуации правительства в Москву, а столичной промышленности в глубь страны. Сдачу Петрограда многие расценивали как попытку расправы над большевиками с помощью немецких штыков. В пользу такой трактовки говорило также распоряжение правительства о переброске частей столичного гарнизона на фронт — это резко снизило бы возможность большевистской партии к сопротивлению.

<<< К началу параграфа                       Окончание параграфа >>>